Жизнь прихотливо дарит события, мимо которых мы пробегаем в суете, не замечая их подлинного значения. Десятилетия назад, молодые и резвые, мы набирали в советских кафетериях громадные пакеты с пончиками и бессмертный кофе с молоком в граненых стаканах. Обжигались, поедая раскаленные, румяные круглые куски жареного теста в комках сахарной пудры и запивали теплым кофе.
Почему то всегда было именно так, пончики - горячие, а кофе - еле теплый, с привкусом свернувшегося молока. Зато было весело и всегда не хватало слишком маленьких пончиков на всю компанию, сколько бы их не брали.
Во второй половине октября этого года, в разгар золотой осени, меня занесло на ВДНХ. Отсняв некоторое количество сюжетов для статьи о новой камере, вышел к уличному кафе и увидел ПОНЧИКИ! Горячие, воздушные и в сахарной пудре. Собственно
, хотел только кофе, но не удержался и решил себя побаловать. Обжигающие, румяные обрамления фольклорных дырок и бумажный стаканчик с действительно горячим кофе. Пустые столики возле павильона, редкие прохожие и ярко-желтые праздничные каштаны вокруг.
Осень, пасмурно и сыро. Как и положено, разорвал пакет, предвкушая полузабытый вкус. Закурил, давая остыть вкусному... Не хватало только веселой компании, оставшейся в прошлом. Пока я копался в давно минувшем, современное напомнило о себе мгновенно. На синий столик с рекламной надписью прилетели нахальные "гонцы". Делегаты от местной воробьиной стаи. Им было наплевать, горячие пончики или уже остыли. Я не стал их разгонять. Быстренько цапнул себе свою долю и смотрел, как обнаглевшие пернатые делят мою вкусноту. Для начала толпа на столике, вопя и толкаясь, совместными усилиями уволокла один пончик вниз. Я боялся шевельнуться, но все же вытянул фотокамеру. Тем временем и второй пончик отправился туда же, на асфальт к несмелым, которые тусовались, не решаясь забраться на стол. Дележка награбленного напоминала прошлогоднюю Манежную площадь.
И вот тут пернатые гопники охамели настолько, что начали щипать честно обкусанную мною еду. За этим занятием я их и заснял. В конце концов, воробьи выдернули из пальцев остаток ностальгического пончика и продолжили битву за блага без меня. Нормальные мелкие российские демократы. Я забрал стаканчик с остывшим кофе, на который воробьиная кодла не позарилась и ушел к фонтану с позолоченными женщинами. Сел на скамейку, смотрел на облезлое великолепие и с сигаретой размышлял о своей смешной жизни.
Все как всегда. Из приобретенных благ, в силу моего мягкосердечия, мне достались три дырки от каждого пончика и честно съеденная половинка.
Не жалею, мне понравилось кормить птичек.
А потом я разбудил самого лучшего на свете человека на другом конце планеты и показал по скайпу золотую осень. Вполне может быть, что самое ценное в нашей жизни - дырки от пончиков.
